Главная / РОССИЯ / В Сибири горит миллион гектаров леса. Города задыхаются в дыму пожаров, которые никто не тушит — закон это разрешает, да и денег нет

В Сибири горит миллион гектаров леса. Города задыхаются в дыму пожаров, которые никто не тушит — закон это разрешает, да и денег нет

В Красноярском крае и Иркутской области горит почти миллион гектаров леса. Информация об этом появилась на сайте красноярского «Лесопожарного центра» и ГУ МЧС по Иркутской области.

В Красноярском крае на 13:00 мск 22 июля, по информации , действует 121 лесной пожар на территории более 698 тысяч гектаров. В Иркутской области — 100 пожаров на территории более 285 тысяч гектаров, сообщает . И 99% этих пожаров действуют в так называемых «зонах контроля» (ЗК), то есть там, где их по закону можно вообще не тушить.

А ведомства между тем рапортуют, что пожары под контролем, что техника и люди сражаются с огнем. Но территории пожаров все растут, дым от них распространяется даже на соседние регионы, а это около 1500 километров — в Новосибирскую, Томскую, Омскую области, в республику Хакасию, Якутию, Туву, Югру…

Из-за «красноярских» пожаров в Кемерове ввели режим «черного неба» — местным предприятиям рекомендовано сократить выбросы в атмосферу на сутки с 21 по 22 июля. В Кемеровской области наблюдается ухудшение видимости из-за дымки. Омская область, где действующих лесных пожаров нет, да и сам Омск окутаны плотной дымкой — ее принес ветер с пожаров в Красноярском крае, сообщили ТАСС в пресс-службе регионального ГУ МЧС. По предварительному прогнозу Среднесибирского Управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, задымление может продержаться в регионе до 24 июля.


Дым от лесных пожаров в Красноярском крае достиг Омской области:

На Хакасию опять тянет дым от красноярских пожаров

Сургут окутал смог из-за пожаров в Красноярском крае

Нижневартовск окутал дым от пожаров в Красноярском крае

В сети пользователи жалуются на плохую видимость и запах гари; до Новосибирска дошёл дым Красноярских и Иркутских пожаров.

В Приангарье и Красноярском крае горит полмиллиона гектаров лесаНа территории Иркутской области действуют 86 лесных пожаров на общей площади в 217 тысяч гектаров, сообщили в МЧС региона.

Лесные пожары бушуют на севере Красноярского края, примерно в 700 километрах от региональной столицы. Такое происходит в Красноярске уже который год: летом город заволакивает дымом от пожаров, которые бушуют в лесах на севере региона. Дымный «шлейф» тянется дальше и доходит до южных районов края, растягиваясь на полторы тысячи километров. Люди в задымленных городах и поселках жалуются на ухудшение здоровья.

Региональные власти заявляют: причин для паники и жалоб нет, ситуация под контролем. При этом пожары, дым от которых накрыл несколько регионов, никто не тушит. И тушить не собирается. Почему так происходит, объяснили специалисты в интервью изданию . Дело в том, что не тушить пожары позволяет российский закон.

В 2014 году был разработан, а с 2015-го вступил в силу приказ Минприроды РФ «Об утверждении правил тушения лесных пожаров». В этом документе впервые был использован термин «зона контроля» (ЗК). Так называют территории, на которых лесные пожары можно не тушить — если установлено, что огонь не представляет непосредственной угрозы для населенных пунктов и объектов экономики, а затраты на борьбу с пожарами окажутся больше, чем материальный вред, который они могут причинить. Какие именно территории являются «зонами контроля», решают региональные власти.

Изначально предполагалось, что «зонами контроля» будут считать труднодоступные, отдаленные районы, в которые сложно, а то и невозможно добраться людям и технике. Но в итоге в зоны контроля попала большая часть лесных площадей. В 2018-м пожароопасном сезоне 90% лесных пожаров в России действовало именно в «зонах контроля», то есть, попросту говоря, их никто не тушил, рассказывает руководитель противопожарной программы «Гринпис России» Григорий Куксин.

В этом году картина схожая. По данным Лесопожарного центра, на 16:00 мск 22 июля в Красноярском крае действовало 126 лесных пожаров, из них 117 — в «зонах контроля», а это 697 тысяч гектар леса из общего площади пожаров в 704,5 тысяч гектаров.

Поэтому и не должны никого удивлять официальные цифры, что из сотен пажаров на сотнях тысячах гектар локализовано — 0, а ликвидировано всего 4.

«Слово «контроль» в данном случае — большое лукавство… Здесь оно означает лишь то, что региональные власти могут по своему усмотрению решить: вот на этих территориях с пожарами можно ничего не делать, — говорит Григорий Куксин. — При этом «зоны контроля» определяются далеко не всегда корректно и не всегда по понятным, прозрачным критериям. В них попадают в том числе и леса, уже освоенные людьми, участки, находящиеся в аренде у пользователей, пастбища, кочевья и даже — парадоксальным образом — отдельные населенные пункты».

К тому же, возможные последствия пожаров в зонах контроля не всегда определяются правильно. «Один из ярких примеров этого года — Верхоянский район Якутии. Когда пожары там только-только начинались, было решено, что тушить их нецелесообразно. Хотя тогда они были совсем незначительными, туда можно было доставить людей, технику и справиться с ними без проблем. Но уже через неделю с небольшим эти пожары подступили к населенным пунктам и выросли до такого масштаба, что пришлось тратить огромные силы и средства на их ликвидацию. То же происходит и в других регионах: пожары, от которых «отмахнулись», разрастаются так, что человеческими силами с ними уже не справиться, одна надежда на то, что пройдут обильные дожди. И все это из-за того, что зоны контроля были определены неправильно. При этом я ни разу не слышал, чтобы хоть к какой-то ответственности привлекались люди, принявшие подобные решения», — говорит Куксин.

​Одна и та же ситуация с лесными пожарами ​- «отказниками» повторяется из года в год. «Наше государство ведет себя как счетовод, которого интересуют прежде всего сиюминутные финансовые соображения: сейчас невыгодно — значит, тушить не будем. Но если у государства не хватает денег, может быть, позволить международным фондам оказать помощь по тушению этих пожаров? Думаю, если все правильно людям объяснить, то и в волонтерах недостатка не будет», — считает директор экологической организации «Плотина», член общественного совета при Министерстве лесного хозяйства Красноярского края Александр Колотов.

За лето 2018 года в России сгорело 10 млн гектаров леса — в основном это как раз те пожары, которые фиксировались, но не ликвидировались.

Для сравнения: под вырубку, которая чаще всего и вызывает возмущение у людей, ежегодно отводится как раз около 1 млн гектаров.

Про экологические аспекты ситуации с пожарами-«отказниками» вообще в России никто не думает и не говорит на официальном уровне.

Выделяемые при горении леса в северном полушарии парниковые газы вносят свой вклад в глобальные изменения климата, , которую называют «кухней мировой погоды».

Также никто не проводит исследований, как влияет дымовой шлейф на здоровье людей, которые вынуждены сутками дышать дымом.

Заявления о «безопасности дымки» в своей недавней статье опровергает доктор биологических наук, заведующий лабораторией лесной пирологии красноярского Института леса Петр Цветков.

«Одно из главных негативных экологических последствий пожаров — задымление и загрязнение атмосферы. Животные и люди чаще всего гибнут не от огня, а из-за отравления дымом, — пишет Цветков. — Дым от крупных пожаров может распространяться на сотни километров. Задымление нижних слоев атмосферы негативно влияет на здоровье людей, в особенности детей, пожилых, беременных женщин, тех, кто имеет проблемы с сердечно-сосудистыми заболеваниями».

Сильное задымление после пожаров задерживает развитие растений, поэтому они выделяют меньше кислорода, а лес является его главным поставщиком, подчеркивает ученый.

«Недавно красноярские ученые вместе с коллегами из немецкого Института химии общества Макса Планка оценили объемы выбросов парниковых газов в атмосферу при лесных пожарах в Сибири. Во время интенсивного горения леса концентрация угарного газа по сравнению с фоновым содержанием в воздухе повышается почти в 30 раз, метана — в два раза, углекислого газа — на 8%. Выбросы от пожаров усиливают парниковый эффект. По расчетам красноярских ученых, при сгорании одного килограмма сухого вещества в сибирской тайге в атмосферу попадает чуть больше полутора килограммов углекислого газа, немногим больше ста граммов угарного газа и четыре грамма метана», — говорится в статье.

То, что дым от лесных пожаров ядовит, признают и власти. В дни, когда Красноярск заволокло дымом, на сайте мэрии были опубликованы рекомендации МЧС, как «снизить токсическое воздействие смога».

В этих советах прямым текстом было написано, что этот дым — ядовитый и из-за него могут возникнуть или обостриться различные заболевания.

Источник: https://www.newsru.com/russia/22jul2019/fire.html?utm_source=rss

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru